Зульфия ЕНИКЕЕВА,

учитель-логопед детского сада № 42

г. Казани

Задержка психического развития представляет собой особую форму дизонтогенеза, которая характеризуется замедленным темпом формирования высших психических функций и личностной незрелостью ребёнка. В отличие от умственной отсталости, при которой наблюдается стойкое необратимое недоразвитие познавательной деятельности, ЗПР является состоянием принципиально обратимым, поддающимся коррекции при условии своевременной и адекватной помощи. Эта особенность делает проблему ранней диагностики и точной квалификации нарушений при ЗПР одной из центральных задач детской нейропсихологии.

Этиология задержки психического развития отличается выраженной полиморфностью. Среди причин, приводящих к формированию данного состояния, исследователи выделяют биологические и социальные факторы, которые нередко действуют в сочетании. К биологическим факторам относятся: патология беременности и родов, недоношенность, перинатальные поражения центральной нервной системы, соматическая ослабленность в раннем возрасте, а также генетическая предрасположенность. Негрубые органические повреждения мозга, перенесённые на ранних этапах онтогенеза, приводят к замедлению созревания прежде всего тех мозговых структур, которые обеспечивают сложные формы регуляции деятельности и интегративные познавательные процессы. Социальные факторы включают неблагоприятные условия воспитания, педагогическую запущенность, эмоциональную депривацию и дефицит стимулирующего воздействия среды. При этом важно подчеркнуть, что в большинстве случаев ЗПР формируется в результате взаимодействия биологических и социальных причин, усиливающих негативное влияние друг друга.

Классификация форм задержки психического развития, наиболее широко используемая в отечественной науке и практике, была разработана К.С. Лебединской на основе этиопатогенетического принципа. Согласно данной классификации, выделяются четыре основных варианта ЗПР. Первый вариант – ЗПР конституционального происхождения, или гармонический инфантилизм, при котором незрелость эмоционально-волевой сферы и познавательной деятельности обусловлена конституциональными особенностями созревания мозга. Такие дети отличаются непосредственностью, преобладанием игровой мотивации, эмоциональной лабильностью и затруднениями в произвольной регуляции поведения. Второй вариант – ЗПР соматогенного происхождения – связан с длительными хроническими заболеваниями, физической ослабленностью, которые приводят к снижению общего психического тонуса, повышенной истощаемости и, как следствие, к замедлению темпа психического развития. Третий вариант – ЗПР психогенного происхождения – возникает вследствие неблагоприятных условий воспитания: гиперопеки, гипоопеки, безнадзорности, психотравмирующих ситуаций в семье. В этих случаях наблюдается прежде всего недоразвитие личностных качеств и эмоционально-волевой сферы при потенциально сохранных предпосылках интеллектуальной деятельности. Четвёртый вариант – ЗПР церебрально-органического происхождения – является наиболее распространённым и в то же время наиболее тяжёлым. Он обусловлен негрубым органическим поражением центральной нервной системы на ранних этапах онтогенеза и характеризуется сочетанием незрелости эмоционально-волевой сферы с недостаточностью познавательной деятельности.

Именно последний вариант ЗПР представляет наибольший интерес для нейропсихологического анализа, поскольку при нём наиболее отчётливо прослеживается связь между характером мозговой дисфункции и структурой психологических нарушений. И.Ф.Марковская, проводившая специальное нейропсихологическое исследование детей с ЗПР церебрально-органического генеза, выделила два основных подтипа данного варианта. Первый подтип характеризуется преобладанием незрелости эмоциональной сферы по типу органического инфантилизма при относительно негрубых нарушениях познавательной деятельности. Мозговые механизмы этого подтипа связаны преимущественно с недостаточностью подкорковых и стволовых структур, обеспечивающих тонус и активацию коры больших полушарий. Второй подтип отличается выраженными нарушениями познавательной деятельности – памяти, мышления, пространственных представлений – при менее грубой эмоциональной незрелости. В данном случае нейропсихологический анализ выявляет парциальную недостаточность корковых функций, прежде всего в теменно-затылочных и лобных отделах мозга.

С позиции теории А.Р. Лурия о трёх функциональных блоках мозга, нейропсихологическая картина ЗПР может быть описана как результат незрелости или дисфункции различных блоков, проявляющийся в специфических комбинациях. Первый функциональный блок мозга – блок регуляции тонуса и бодрствования, включающий ретикулярную формацию ствола мозга, неспецифические структуры среднего мозга, диэнцефальные отделы и лимбическую систему – обеспечивает оптимальный уровень активации коры. При его недостаточности, наиболее характерной для соматогенных и конституциональных форм ЗПР, у ребёнка наблюдаются колебания внимания и работоспособности, повышенная утомляемость, трудности вхождения в деятельность, неустойчивость психического тонуса. Второй функциональный блок – блок приёма, переработки и хранения информации, включающий задние отделы коры больших полушарий (затылочные, височные и теменные области) – отвечает за модально-специфические процессы восприятия, а также за межмодальный синтез. При недостаточности данного блока, что нередко выявляется при церебрально-органическом варианте ЗПР, у детей обнаруживаются трудности зрительного и слухового восприятия, нарушения пространственной ориентировки, сложности в усвоении чтения, письма и счёта. Третий функциональный блок – блок программирования, регуляции и контроля деятельности, связанный с лобными отделами коры – обеспечивает целенаправленность, планирование, контроль и коррекцию поведения. Именно дефицитарность этого блока в значительной мере определяет те проявления, которые традиционно описываются как произвольная незрелость детей с ЗПР: трудности планирования, импульсивность, неумение следовать инструкции, недостаточность самоконтроля.

Важно отметить, что при ЗПР, как правило, не наблюдается изолированного поражения какого-либо одного функционального блока. Нейропсихологическая картина данного синдрома представляет собой сложное сочетание различных степеней незрелости всех трёх блоков с преобладанием дисфункции того или иного из них. Именно эта мозаичность нарушений отличает ЗПР от других форм дизонтогенеза и требует тонкой нейропсихологической дифференциации, которая позволяет выявить индивидуальный профиль сильных и слабых звеньев психической деятельности ребенка. Н.В. Бабкина, развивая идеи типологической дифференциации ЗПР, подчёркивает, что нейропсихологическая квалификация нарушений является необходимым условием для построения адекватной образовательной траектории ребёнка и выбора оптимальных методов коррекционного воздействия.

Таким образом, нейропсихологический подход к пониманию ЗПР позволяет рассмотреть данное состояние не как однородное нарушение, а как группу синдромов с различной мозговой организацией. Этиологическое многообразие форм ЗПР находит своё отражение в разнообразии нейропсихологических профилей, каждый из которых требует специфического подхода к диагностике и коррекции. Понимание мозговых механизмов задержки психического развития создаёт основу для перехода от феноменологического описания трудностей ребёнка к их причинному объяснению, что является необходимым условием эффективной помощи.