Эльвира СУНГАТУЛЛИНА,

учитель истории и обществознания

Большекокузской средней школы

Апастовского района РТ

Аннотация. В статье рассматривается проблема формирования культурологической компетенции у школьников в условиях цифровизации, когда история рискует остаться для них лишь набором сухих фактов. Интеграция уроков истории и деятельности школьного музея является одним из вариантов решения этой задачи. В работе описываются конкретные методические приёмы: работа с историческими источниками как с культурными документами, межпредметные связи, проблемные дискуссии и обращение к локальной истории. Подчёркивается, что школьный музей должен быть не пассивной витриной, а активной образовательной средой, где дети через исследовательские и интерактивные проекты сами становятся хранителями культуры. Такой подход позволяет связать историю малой родины с общероссийским контекстом, воспитывая у учеников чувство сопричастности и гражданскую идентичность.

В эпоху цифровых технологий и клипового мышления перед современной российской школой стоит сложнейшая задача: не дать истории превратиться для детей в мёртвый набор дат, имён и схем из учебника. Знание того, в каком году крестили Русь или когда отменили крепостное право, само по себе не делает человека ни гражданином, ни носителем культуры. Чтобы история стала опорой для формирования личности, оно должно быть не только понято, но и прочувствовано.

Ключевым инструментом в решении этой задачи становится развитие культурологической компетенции. Это способность человека понимать, анализировать и ценить культуру – свою и окружающих народов – через призму исторического контекста. И главными лабораториями для её формирования выступают школьный урок истории и школьный музей. Начну с простого наблюдения. Когда мы спрашиваем шестиклассника, чем жили крестьяне в XIX веке, он может назвать «земледелие» и «скотоводство» – это из учебника. Но когда тот же шестиклассник в школьном музее берёт в руки деревянный сошник, видит старинную прялку, касается домотканого полотенца – картина становится живой. Появляются вопросы: а как ткали? а сколько времени уходило? а какие узоры вышивали и почему именно такие? Вот этот момент перехода от знания к пониманию – и есть точка, где формируется культурологическая компетенция.

Федеральный государственный образовательный стандарт определяет личностные результаты обучения как готовность к саморазвитию, систему ценностно-смысловых установок, способность к осознанию российской идентичности в поликультурном социуме. Культурологическая компетенция – это не отдельный пункт в программе, а сквозное умение: видеть за историческими событиями живых людей с их ценностями, традициями, мировоззрением; понимать, как культура влияет на политику, экономику и наоборот; уважать культурное многообразие и осознавать себя частью общего культурно-исторического пространства.

Особенно это значимо для учителей, которые работают в Республике Татарстан. Наша республика исторически сложилась как пространство взаимодействия культур: татарской, русской, чувашской, мордовской, удмуртской и других. И каждый наш урок, каждое музейное занятие – это возможность показать детям, что это многообразие не разъединяет, а обогащает.

На уроке истории культурологическая компетенция формируется через историко-культурологический подход. Его суть в том, чтобы не изучать политику и экономику в отрыве от культуры, а показывать, как духовная жизнь, искусство, быт, религия и традиции влияли на события и наоборот.

Вот несколько конкретных приёмов, которые работают на моих уроках.

Первое – работа с историческими источниками как с культурными документами. Когда мы изучаем, например, эпоху Екатерины II, я не ограничиваюсь текстом жалованной грамоты или манифеста. Я предлагаю детям проанализировать портреты эпохи, прочитать отрывки из записок иностранцев о России, разобрать фасон платья или убранство дворца. Источник перестаёт быть «датой и фактом» и становится окном в живую культуру.

Второе – межпредметные связи. История неразрывно связана с литературой, изобразительным искусством, музыкой. При изучении культуры Волжской Булгарии или Казанского ханства мы обращаемся к архитектурным памятникам, эпиграфике, образцам декоративно-прикладного искусства. Это даёт ученикам целостное восприятие эпохи.

Третье – проблемные задания и дискуссии. Компетентностно-ориентированный урок истории – это не монолог учителя, а совместный поиск. Стандарты второго поколения требуют перехода от репродуктивных способов передачи знаний к исследовательским. Я регулярно использую проблемные вопросы: «Почему именно в этот период произошёл расцвет культуры?», «Как связаны политические решения правителя и изменения в быте людей?», «Чем объясняется взаимовлияние культур на территории нашего края?» Такие вопросы заставляют детей анализировать, сопоставлять, аргументировать — то есть проявлять культурологическую компетенцию в действии.

Четвёртое – обращение к региональной истории. Мы живём в Апастовском районе, который исключительно богат историко-культурным наследием. В юго-восточной части села Большие Кокузы находится Большекокузское селище I – булгарский памятник золотоордынского периода, а в 300 метрах к северо-востоку – селище II, булгарский памятник домонгольского периода. Наше село основано в XVI веке, оно было частью историко-культурного пространства Казанского Предволжья, где переплетались булгарские, татарские, русские традиции. Когда дети узнают, что археологические памятники булгарской эпохи находятся буквально рядом с их домом, история перестаёт быть абстрактной. Она становится личной.

Но урок – это первая половина дела. Вторая – школьный музей. И здесь я хочу подчеркнуть главное: музей в школе – это не выставочная витрина, а образовательная среда.

Современный школьный музей выполняет несколько функций в развитии культурологической компетенции.

Наглядность и эмоциональное переживание. Как пишет Д.С. Лихачёв, «любовь к своей Родине – это не нечто отвлечённое, это и любовь к своему городу, к своей местности, к памятникам культуры, гордость своей историей». Подлинные экспонаты – предметы быта, одежда, орудия труда, фотографии, документы – воздействуют эмоционально, вызывают чувство сопричастности, которое невозможно получить из учебника. Каждый музейный предмет может стать символом эпохи, окном в мир людей прошлого.

Исследовательская деятельность. Когда ученики сами собирают экспонаты, описывают их, готовят экскурсии, пишут исследовательские работы — они не просто усваивают информацию, а учатся работать с историческими источниками: анализировать, выдвигать гипотезы, аргументировать выводы. В нашем районе уже есть прекрасный опыт. В Табар-Черкийской школе Апастовского района силами обучающихся, учителей и родителей был создан Центр чувашской культуры – школьный историко-краеведческий музей, который работает с 2000 года. Апастовский краеведческий музей, открытый в 1993 году, располагает фондами более чем в 10 тысяч единиц хранения и предлагает интерактивные программы, выездные музейные уроки, исторические квизы. Это ресурсы, которые мы можем и должны использовать.

Связь частного и общего. Школьный музей, особенно краеведческий, показывает, как локальное, местное связано с общероссийским и мировым культурным процессом. Возьмём наш район. В Апастовском районе действовали мечети и церкви, здесь жил и работал татарский просветитель Замал Валиди, составитель первого татарского толкового словаря. В музее хранится шкаф-буфет, подаренный им сельской школе. Разве это не идеальный материал для урока о татарском просвещении начала XX века? А участие жителей района в Великой Отечественной войне – более 300 километров окопов, вырытых вручную осенью 1941 года, материалы о трёх Героях Советского Союза – уроженцах края. Каждый экспонат – это мостик между большой историей страны и маленькой историей родного села.

Интерактивные формы работы. Современные школьники плохо воспринимают монолог экскурсовода. Нужны другие форматы: квесты, мастер-классы, театрализации, создание виртуальных экскурсий, мультимедийные проекты. Коллеги из Апастовского краеведческого музея уже проводят выездные интерактивные программы в летних лагерях, исторические квизы, музейные уроки в духовно-нравственных центрах. Это та модель, которую мы можем перенести и на уровень школьного музея.

Самый важный вопрос: как сделать так, чтобы урок и музей не существовали параллельно, а работали в связке? Вот модель, которую я предлагаю и которая, на мой взгляд, даёт наибольший эффект.

Проектная деятельность. Дети готовят проекты, объединяющие материал из учебника и музейных коллекций. Темы могут быть самыми разными: «Традиционные ремёсла нашего края», «Усадьбы и их владельцы: Фигнеры и другие», «История школьного образования в Апастовском районе», «Национальный костюм как отражение культурных контактов». Всё это – материал, который есть в нашем районном музее и в окрестных сёлах.

Участие детей в создании экспозиций. Когда школьники сами ищут экспонаты, записывают воспоминания старожилов, оформляют выставки – они становятся не потребителями культуры, а её хранителями и творцами. Это, на мой взгляд, высшая форма культурологической компетенции: не просто знать о культуре, а осознанно участвовать в её сохранении.

Привлечение учеников к созданию виртуальной экскурсии по школьному музею. Современные дети отлично владеют технологиями – пусть снимут видеовизитку об одном экспонате, создадут интерактивную презентацию.

Использование ресурсов республиканских и районных краеведческих музеев. Их сотрудники готовы проводить выездные музейные уроки, интерактивные программы, исторические квизы. Нужно только договариваться и встраивать эти мероприятия в учебный план.

В основе всего, о чём говорилась выше, лежит простая мысль. Культурологическая компетенция не формируется лекцией и не проверяется тестом. Она рождается в тот момент, когда ребёнок видит связь между собой, своей семьёй, своим селом – и большой историей страны. Когда он понимает, что домотканое полотенце его прабабушки – это не просто тряпица, а свидетельство целой эпохи, целой культуры. Когда археологическая стоянка на окраине села – это не строка из учебника, а место, где жили его далёкие предки.

Урок истории даёт знания и рамки понимания. Школьный музей даёт эмоции, прикосновение, опыт. Вместе они создают то, что Д.С. Лихачёв называл «конкретной любовью к Родине» – любовью, которая начинается с родного села, с памятников культуры, с гордости своей историей.

Давайте делать эту работу вместе – объединяя усилия уроков и музеев, школ и районных культурных учреждений. Потому что только так мы сможем воспитать выпускников, которые знают свою историю, уважают чужую культуру и чувствуют себя гражданами великой многонациональной страны.