Сборник стихов «Вы в наших сердцах, ребята…»

Венера МУСТАФИНА,

учитель русского языка и литературы.

Балтасинская гимназия

Балтасинского района РТ

                Аннотация

 Сегодня почти в каждом классе есть ребята, чьи отцы погибли на специальной военной операции, вернулись изувеченными, служат по сей день. Эти маленькие люди становятся в одночасье взрослее своих сверстников. Особенно горько осознавать, что Рустем больше никогда не придет на вечер встречи выпускников, не одарит всех своей очаровательной улыбкой.

Эх, жаль…Именно не желание согласиться с реальностью послужило открытию в нашей гимназии музейного уголка «Славные сыны Отечества» при содействии родных и близких погибших выпускников, руководителем которого я являюсь. Хотелось бы, чтобы мои душевные порывы, высказанные в стихотворных строчках, остались здесь, как дань памяти всем, не вернувшимся оттуда, но навеки оставшимся в наших сердцах.

                         Венера  Мустафина

«Мои стихи – моя отдушина».

***

Солнце. Небо. Песня птиц.

Ветер свищет, голос стих.

Строй ребят, ребячий хор,

А в лесу сосновый бор.

Жизнь – лишь мелкая деталь,

Для кого-то пули сталь,

А для матери он сын,

Главный самый Бохадыр.

Для любимой человек,

Без которого вовек

Не прожить ни дня, ни секи.

Ты открой закрыты веки.

Боль страны сегодня тонет,

Кровоточит, воет, стонет.

Хочется закрыть глаза

И уйти, где лишь лоза.

Но нейдет грядущий сон:

Предстоит увидеть фон

И картинки те, что страшны.

Дни идут, они  всё мрачны.

Вот с улыбкой наш Рустам,

Высоты широкой стан.

Цвета моря глаз Ильдара.

В небо пустим два мы шара.

Пусть летят  они туда,

Где печальная душа

Не согласна с тем, что есть,

Не хочу я слышать весть

О потерях и о слезах,

О безумных женских грезах,

И рыданиях в ночи.

Матери, как крест нести?

Дайте мира, дайте солнца.

Пусть тот свет войдет в оконца,

Не хочу больше рыдать,

Пусть счастливой будет мать.

И мужья пусть возвратятся,

Сыновья пусть здесь сгодятся…

*  * *

А им всего лишь  было 20,

Всего лишь 20. Это как?

Как жизнь могла так оборваться

И не начавшись. Нету. Мрак.

Как нам забыть глаза Ильдара,

Что цвета неба то, что там,

Где солнце, звезды блещут нам.

Огромен ростом был Рустам,

Он шел по жизни, как арслан.

Эх, парни, парни, были все же.

В прошедшем времени, о боже.

Обидно в 20, жить бы тоже…

Как жаль…

Как жалко мальчиков безусых,

Как мало им пришлось пожить,

А мы лишь видим  лик  радушных

Ребят, ушедших послужить

Три матери роняют слезы,

Отцы глотают в горле ком

А ком, зараза, застревает

И страшен, боже, этот стон

На небе вновь сияет солнце,

И звездочка вон та  горит.

И вовсе нам идти нестрашно,

Покуда служат  пацаны.

В гимназии учились парни,

Большие строили мосты,

Они хотели жизни ясной,

А оказались у черты…

Обязаны мы помнить, слышишь?

И сохранить  все их мечты,

И жить должны достойно трижды,

Ильдар, Рустам, Азат, всё помним мы.

И коридоры эти помнят,

И кабинеты, и столы,

И мы запомним вас, ребята,

Героями остались вы.

* * *

Я в небо чистое гляжу,

Там нахожу твою слезу,

Становится вдруг горячо

И прячу в облаке плечо.

Я в небе том нашел приют,

Где ливни осенью идут.

Я знал и шел туда, где боль.

А было мне всего два ноль…

Здесь тихо…

Покойно и тихо, зайдя в этот мир.

Лишь мысли стреляют в голове, будто тир:

За что? Почему? Не успели пожить,

Гнездо для семьи не смогли даже свить.

Вернулись парнишки в родные края,

Но только не встретит их больше весна,

Но только не будет любви под луной.

Навеки лишь в памяти будут с тобой.

И память – вот здесь, за стеклом их хранит,

Всяк голову каждый тут низко склонит.

Рустем и Ильдар, Раиль и Азат,

Ребята, мы помним: вы были, где ад.

А помните парту во всех тех штрихах,

Где автором был ты, оставшись в стихах?

Где мог ты часами сидеть и строчить,

Как очень старался предмет тот любить?

В столовой подолгу сидеть вы могли

И булки любили те, что пекли.

И чай был так сладок, и каша сытна,

И корочка хлеба до боли вкусна.

Теперь эти стены в музее хранят

Одежду, снаряды и боль всех ребят.

Они уверяют нас, были что там,

Они охраняли покой наш от ран.

Мы чтить будем вас, дорогие сыны

Отечества славные, дети страны.

Мы вас будем помнить, клянемся, всегда.

Вы наши герои на все времена.

Люди, опомнитесь…

Люди, опомнитесь, оставьте разлуку.

Встанем мы вместе, возьмемся за руку.

Вместе – мы сила, вместе – семья.

Разожмем свои руки, начнется война.

Страшное слово срывается с губ,

Короткое слово, и слышится стук.

Стук набирает двойной оборот,

Мать укрывает подолом сирот.

Видишь, война, ты бескровные хаты?

Всё разорили твои горе-солдаты.

Нет больше мочи терпеть матерям,

Враг, убирайся ко всем ты чертям.

Ну-ка взгляни, посмотри, лютый гад,

Что испугался, ступаешь назад?

Или быть может, задумал чего?

Или ты ждешь остановки кино?

Нет, прокричу я сквозь знойные тучи,

Нет, прошепчу я чрез буйные кручи.

Мать не отпустит сына туда,

Где будет ждать лихая беда.

Ни для того растила одна,

Чтобы взял ты и оставил меня.

Ни для тебя не спала, не жила,

Сына не тронь, а иначе беда.

Матери, женщины, встаньте горой.

Пусть враг уйдет, и смертям всем долой.

Пусть взойдет солнце над нашим селом,

Свет его станет оградой, щитом.

Только в согласье и в мире с народом

Будет конец бесконечным тем ссорам,

Жизнь будет вечной и долгой, друзья,

Ведь мы живем на планете Земля.

Баку, Украина, Беларусь, Ереван,

Вон улыбается наш молдаван,

Удмурты, марийцы, чуваш и якут,

Рады всех видеть в России мы тут.

Брат и сестра

Брат и сестра – одна семья,

Росли в согласии тогда,

Делили поровну всегда,

Последним было слово «я».

Вот выросли, стали большими

У каждого свои дома,

Но всё равно близки всегда.

Пусть телефонные звонки,

Но расстояньям вопреки

Роднее их, нежнее их

Быть может только звука стих.

Но вот страна позвать велела –

И сын у брата в СВО:

Настало жуткое кино.

Звонки теперь необходимы:

Брат и сестра стали едины.

«Алло, да-да! Я слышу. Здесь.

Рустам как там?

Живой? Есть весть?»

Белее лица, голос тонок,

Трепещет сердце – стук так звонок.

И вот однажды рухнул мир,

Завыл отец, и стал он сир.

Сестра забилась в угол тот.

Рустем не встанет у ворот.

Не цвесть цветам, не петь птенцам,

Не быть веселым бубенцам.

Брат и сестра – всё пополам,

И горе льётся по долам.

Как боли ком угомонить?

Как в мире мир установить?

Как в семье всех вернуть опять?

Хочу я это точно знать.

Отец не смог сдержать свой стон:

Ушел он в тот же батальон.

Теперь сестра чуть-чуть жива,

Идет уж кругом голова.

Сестра-то эта мать моя,

И всё, что было, знаю я.

Пусть брат вернется, станет мир.

И вновь звонки придут в эфир.

Я так хочу видеть улыбки

На лицах брата и сестры

Без этого не будем мы.

Дай, боже, мира, в дом приди…

 Отчего эти слезы?

Отчего эти слезы застилают глаза?

Почему каждый раз громыхает гроза?

Отчего мне не спится подчас иногда?

Будто здесь, по соседству, живет та беда.

Я стараюсь с улыбкой идти в новый день,

Но беда постоянно со мною как тень.

В доме нашем так тихо бывает не раз,

Ведь мой дядя всё служит, защищая всех нас.

Он всегда впереди, никогда не сидит,

Он все время в атаке, а кругом всё горит.

И ребята там гибнут, а ведь матери ждут,

Молодые всё жизни в дом иной их маршрут.

И ушел он, где сын, его гордость Рустам,

Не смирился с потерей, а решил он быть там.

Он решил всё увидеть, что сын испытал,

И какую сын участь в бою том познал.

И хочу я так крикнуть, но немеет мой рот,

И хочу я так топнуть, но земля ушла под.

Очень верю я дяде, верю нашей стране.

И хочу, чтобы мир был и конец той войне.

Пусть вернется и сын, и муж, и отец.

Пусть уже будет тихо и всем бедам конец.

Послесловие

Как же тяжело тем, кто теряет…. Как жестоко… Как больно… Как неправильно… Как. Как. Как…

Я склоняю голову перед вами, матери и отцы совсем юных сыновей.

Я сочувствую вдовам, которым нужно поднимать крохотных детей.

Я еле сдерживаю слезы, проходя мимо холмиков, над которыми развеваются флаги нашей страны.

Я мысленно благодарю ребят за смелость и решительность, стойкость, проявленную на поле брани.